Избранное сообщение

23-25 октября: Пояс Пресвятой Богородицы в Иванове

Осенью 2011 года великая святыня христианского мира, часть Пояса Пресвятой Богородицы, в течение месяца путешествовала по нашей стране с ...

вторник, 20 октября 2015 г.

На предстоящих Плёсских чтениях игумен Виталий (Уткин) приглашает к полемике П.Н.Травкина

Св.благ.кн.Андрей Боголюбский
13-14 ноября 2015 года в городе Плесе на базе Плесского музея-заповедника пройдет научная конференция "XIV Плесские чтения". Предлагаем тезисы выступления на них руководителя Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества Иваново-Вознеенской епархии игумена Виталия (Уткина). Он приглашает к полемике владельца частного Музея древнерусской семьи (г.Плёс) П.Н.Травкина, утверждения которого разбираются в данных тезисах. Тезисы опубликованы также на сайте "Былое. История и современность".


Письменные источники о епископе Ростовском Феодоре

В диссертации П.Н.Травкина[1] и изданной на ее основе книге[2] утверждается, будто бы в XII столетии князь Андрей Боголюбский с помощью некоего местного волхва Федора пытался насаждать в Ростовской земле политическое двоеверие, основанное на синкретизме христианства и язычества.[3]
П.Н.Травкин считает, что этот волхв был избран народом «без разрешения Константинополя, но видимо при поддержке князя Андрея Боголюбского».[4] П.Н.Травкин пишет: «Федор Волхв… был оболган официальной церковью, расстрижен и казнен… в Константинополе, куда его выманили хитростью».[5]
Такое синкретическое двоеверие могло бы рассматриваться в качестве политической основы существования якобы найденного П.Н.Травкиным в Плёсе «общегородского святилища Велеса».[6] Во всяком случае, он пишет в диссертации, что «княжеский наместник», якобы имевшийся в Плёсе,  не препятствовал совершению там языческих жертвоприношений.[7] При этом П.Н.Травкин свой тезис о наличии в Плёсе «княжеского наместника» никак не подтверждает источниками.
Свои утверждения о «Федоре Волхве» П.Н.Травкин строит на основании материалов А.Ю.Дворниченко и Ю.В.Кривошеева[8], а также В.В.Милькова и Н.Б.Пилюгиной[9]. При этом в указанных им работах ничего не говорится о постулируемом П.Н.Травкиным «избрании волхва епископом». Здесь же в диссертации П.Н.Травкин говорит о неких «письменных источниках» относительно «реформатора-волхва»[10], однако не делает на них никаких ссылок.[11]
П.Н.Травкин в своей диссертации пишет, будто бы Федор был казнен в Константинополе, «куда его выманили хитростью»[12], что повторяет и в своей книге.[13] Данное утверждение источниками не подтверждается.
История конфликта вокруг епископа Ростовского Феодора отражена в письменных источниках хорошо известных науке, но даже не упомянутых в списке литературы диссертации П.Н.Травкина.[14] Это Лаврентьевская[15], Ипатьевская[16], Никоновская летописи[17], Пискаревский летописец[18], «Летописец о ростовских архиереях»[19], грамота Константинопольского патриарха Луки Хрисоверга к князю Андрею Боголюбскому.[20] В Никоновской летописи о Феодоре говорится так: «Феодор калугер, сестричич Петра Бориславича… Прият же сей Феодор святый иноческий образ в Киеве в Печерском монастыре».[21] Отсюда мы узнаём, что Феодор был 1) родственником (сыном сестры, племянником) известного киевского боярина Петра Бориславича; 2) был «калугером», то есть монахом, причем занимающим видное место в монастыре[22]; 3) является постриженником Киево-Печерского монастыря. То есть перед нами никак не уроженец Владимиро-Суздальской земли, как утверждается в диссертации П.Н.Травкина, а представитель киевской элиты.
Б.А.Рыбаков считал Петра Бориславича составителем Киевской летописи  XII века, до нас не дошедшей[23], но использованной В.Н.Татищевым. Последний именует Феодора не племянником, но братом боярина Петра Бориславича («тысецкого киевского»).[24] По Д.С.Лихачеву Петр Бориславич – автор повести о наказании Божием клятвопреступнику Владимиру Галицкому.[25] Отсюда следует, что мировоззрение боярина носило христианский характер.[26]
В упомянутой грамоте патриарха Луки Хрисоверга к князю Андрею Боголюбскому Федор именуется «сестричичем епископля Мануилова».[27] Епископ Мануил, грек по происхождению – первый смоленский архиерей[28]. Русская Церковь в этот период являлась одной из митрополий Киевского патриархата, соответственно митрополит в Киев назначался патриархом. Когда великий князь Изяслав без воли патриарха поставил в митрополита Клима Смолятича, епископ Мануил отказался признавать последнего.[29]
Итак, Феодор, постриженик Киево-Печерского монастыря был связан родственными узами как с высшим киевским боярством, так и с греческим архиереем, занимающим строго проконстантинопольскую позицию.
В.Н.Татищев, опираясь на недошедший до нас летописный источник, утверждает, что Феодор был «игуменом суздальским»[30], то есть настоятелем одного из суздальских монастырей.
В XIXII в Константинопольском патриархате (и в патриаршество Луки Хрисоверга) велись дискуссии о постах, обсуждалось в том числе, нужно ли соблюдать пост в среду и пятницу, если на них выпадают церковные праздники.[31] Споры затронули и Русскую Церковь. В советской и постсоветской историографии они рассматривались в качестве проявления «славянского язычества».[32] На самом деле споры о постах свидетельствуют, что Русь в это время была частью общеправославного духовно-интеллектуального пространства.[33]
В 1168 году в Киево-Печерском монастыре игумен Поликарп с братией, при поддержке черниговского князя Святослава, «других князей и епископов», постановили есть скоромное во все господские праздники. Киевский митрополит Константин выступил против этого решения.[34] Для решения спора великий князь Мстислав собрал собор «всех епископов, игуменов, свясченников и монахов ученых» - до 150 человек, на который в качестве посланника князя Андрея Боголюбского прибыл суздальский игумен Феодор.[35] Собор никакого решения не принял.[36] Когда его участники разошлись, киевский митрополит Константин запретил в служении игумена Поликарпа.[37]
По сообщению В.Н.Татищева, князь Андрей Боголюбский направил великому князю Мстиславу письмо с предложением «митрополита ссадить и выбрать епископам (то есть на соборе – и.В.) инаго».[38] Эту идею активно продвигал игумен Феодор,[39] ставший таким образом, злейшим личным врагом киевского митрополита.
Князь Андрей Боголюбский стремился утвердить во Владимире отдельную от Киева митрополию. Он говорил боярам: «Хощу бо сей град обновити митропольею, да будет сей град великое княжение и глава всем».[40]  В.В.Мильков считает, что это было стремление к полной автокефалии.[41] Но такая точка зрения не соответствует источникам. Князь Андрей будет ждать решений об утверждении митрополии от патриарха. Когда в 1169 году союзные князю Андрею Боголюбскому князья взяли Киев, киевский митрополит остался на кафедре и не был смещен, хотя летописец и писал, что случившееся – наказание Божие «за грехы их, паче же за митрополичю неправду».[42]
Игумен Феодор в это время отправляется в Константинополь «несый с собою много имениа».[43] Он просит патриарха ни много ни мало поставить его киевским митрополитом, ложно заявляя, что митрополита в Киеве больше нет: «Яко ныне несть в Киеве митрополита, и се аз, да поставиши мя».[44] Патриарх отказывает. Тогда Феодор говорит, что свободна ростовская кафедра, а раз митрополита в Киеве нет, то поставить епископа на нее некому, и просит патриарха поставить его ростовским епископом.[45] Никоновская летопись[46], «Летописец о ростовских архиереях»[47] и В.Н.Татищев[48], опиравшийся на недошедший до нас ранний летописный свод, сообщают, что патриарх хиротонисал Феодора в ростовского епископа. Ни о каком «народном избрании» письменные источники здесь не говорят. Однако вскоре патриарх Лука Хрисоверг направляет князю Андрею Боголюбскому грамоту, в которой, похвалив православно-христианскую веру князя, заявляет о канонической невозможности создания во Владимире митрополии и поставлении на нее Феодора (о чем князь Андрей просил через своего специального посла Якова Станиславича[49]), о необходимости оставить Владимир в Ростовской епархии и требует вернуть на ростовскую кафедру изгнанного незадолго до этого князем епископа Нестора. Феодор при этом должен подчиниться епископу Нестору. Это единственное требование патриарха, никаких догматических обвинений против Феодора он не выдвигает.[50]
Феодор приезжает во Владимир, киевский митрополит направляет послание духовенству Ростовской епархии, в котором запрещает сослужить с Феодором и подчиняться ему.[51] Князь Андрей Боголюбский требует от Феодора отправиться к киевскому митрополиту за благословением, Феодор отказывается и заявляет, что поставлен в епископы патриархом, при чем тут киевский митрополит? Оказавшись в полной изоляции, Феодор, чтобы добиться подчинения от духовенства, закрывает все храмы в Ростове и Владимире, в том числе Успенский собор с его чудотворной иконой Матери Божией, пытается отнять церковные имения, начинает с крайней жестокостью преследовать своих противников. Возникает всеобщее недовольство, князь Андрей пытается призвать Феодора к смирению, видимо, указывая на чудотворную икону Матери Божией, однако в ответ получает не только ругань в свой адрес, но и резкие слова, истолкованные затем как «хула на Богородицу». Князь Андрей арестовывает Феодора и отправляет его на суд киевского митрополита (в Киев, а не в Константинополь). После суда над Феодором следует жестокая казнь.[52]
В Никоновской летописи о Феодоре сказано: ««Неции же глаголаху о нем, яко от демона есть сей, инии же волхва его глаголаху».[53] Это же повторяется в «Летописце о ростовских архиереях».[54] Слово «волхв» здесь обозначает не профессию и не личное прозвище, а выражает недоумение некоторых людей по поводу жестоких действий Феодора и страх перед ним («бе страшен и грозен всем, и вси боахуся его и трепетаху»[55]). Лаврентьевская[56] и Ипатьевская[57] летописи, Пискаревский летописец[58] содержат в своем составе целый памфлет против Феодора, в котором, однако, волхв никак не упоминается. В.Н.Татищев также ничего не говорит о «волхве».[59]
Благодаря работам И.П.Еремина 20-50-х годов сложилось мнение, что Кирилл Туровский в своем сочинении «Притча о слепце и хромце» обличает епископа Феодора.[60] В проложном житии Кирилла Туровского говорится в общих чертах об обличении им некоей «ереси» Феодора.[61] Никакой характеристики при этом не дается. В тексте же самой «Притчи» четко разъясняется ее богословское, а вовсе не полемическое содержание.[62] Поэтому она не может быть отнесена к письменным источникам, из которых можно извлечь историческую информацию о епископе Феодоре.
Таким образом, утверждения, содержащиеся в диссертации П.Н.Травкина относительно епископа Феодора, не находят своего подтверждения в письменных источниках. Феодор не был волхвом, избранным епископом для утверждения двоеверия.
Полемика с рядом положений диссертации П.Н.Травкина содержится в моих работах «Епископ Феодор и проблема двоеверия» и «Найдено ли в Плёсе святилище Велеса?».[63]






[1] Травкин П.Н. Сакральные представления населения малого города Волго-Клязьминского муждуречья XII – н.XIII веков (на примере г.Плёса). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. – Иваново, 2003
[2] Травкин П.Н. Язычество древнерусской провинции. Малый город. – Иваново, 2007
[3] Травкин П.Н. Сакральные представления, с.с. 158 - 159
[4] Там же, с. 159
[5] Там же
[6] Там же, с.с. 79 - 95
[7] Там же, с. 97
[8] Дворниченко А.Ю., Кривошеев Ю.В. Древнерусская церковь и архаические традиции//Язычество восточных славян. Л., 1990, с.10
[9] Мильков В.В., Пилюгина Н.Б. Христианство и язычество: проблема двоеверия// Введение христианства на Руси. М., 1987, с.с. 263 - 274
[10] Травкин П.Н. Ук.соч., с.с. 158 - 159
[11] Там же, с.с. 158 - 159
[12] Там же, с. 159
[13] Травкин П.Н. Язычество древнерусской провинции. Малый город. Глава V. Портрет провинциального волхва ( http://www.travkin-museum.ru/yazich5.html)
[14] См.: Травкин П.Н. Сакральные представления, с.с. 181 - 183
[15] Полное собрание русских летописей. Том I. Лаврентьевская и Троицкая летописи. – Спб., 1846, с.с. 151 - 152
[16] Полное собрание русских летописей. Том II. Ипатьевская летопись. Издание второе. – Спб., 1908, с.с. 378 - 379
[17] Полное собрание русских летописей (далее – ПСРЛ). Т.IX. Летописный сборник, именуемый Патриаршею или Никоновскою летописью. – Спб., 1862, с.с. 239 - 241
[18] Пискаревский летописец//Полное собрание русских летописей. Т. 34. - М., 1978, с.с. 77 - 79
[19] Летописец о ростовских архиереях. С примечаниями члена-корреспондента А.А.Титова. – Спб., 1890, с.с. 2-4
[20] ПСРЛ, т. IX, с.с. 223 - 229; Русская историческая библиотека, издаваемая Археографическою комиссиею. Том VI. Памятники древне-русского канонического права. Часть первая.  -  Спб., 1880, столбец 68
[21] ПСРЛ, т.IX, с. 239
[22] Словарь церковно-славянского и русского языка, составленный Вторым отделением Императорской академии наук. Т. II, Спб., 1847, с. 154; Срезневский И.И. Материалы для словаря древне-русского языка по письменным памятникам. Том I. – Спб., 1893, столбец 1183)
[23] Рыбаков Б.А. Русские летописцы и автор «Слова о полку Игореве». – М., 1972, с.307, 507; Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. I (XI – первая половина XIV в.). Отв. ред. Д.С.Лихачев.  – Л., 1987, с.с. 331 - 332
[24] Татищев В.Н. История Российская. Часть вторая (вторая редакция)//Татищев В.Н. Собрание сочинений. Тома II и III. История Российская. – М., 1995, с.91
[25] Лихачев Д.С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. – М. – Л., 1947, с.с. 232 - 236
[26] Подробнее см.: Виталий (Уткин), игум. Прав ли Павел Травкин? Выпуск первый: Епископ Феодор и проблема «двоеверия». – Иваново-Вознесенск/Плёс, 2015, с.с. 15 -16
[27] ПСРЛ, т. IX, с. 225; Русская историческая библиотека (РИБ), т. VI, столбец 68
[28] Строев П. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. Издание Археографической комиссии. – Спб., 1877, столбец 589
[29] Полное собрание русских летописей. Том II. Ипатьевская летопись. – Спб., 1843, с. 30
[30] Татищев В.Н. История Российская. Часть вторая (вторая редакция)//Татищев В.Н. Собрание сочинений. Тома II и III. История Российская. – М., 1995, с.с. 87-88
[31] Веселовский А.Н. Опыты по истории развития христианской легенды//ЖМПН, 1876, №6, с. 366;
Лебедев А.П. Очерки истории Византийско-восточной Церкви от конца XI-го до половины XV века. – М., 1892, с. 309
[32] Рыбаков Б.А. Язычество древней Руси. – М., 1987, с.с. 743 - 746; Громов М.Н., Мильков В.В. Идейные течения древнерусской мысли – Спб., 2001, с.с. 282 - 283
[33] Подробнее см.: Виталий (Уткин), игум. Прав ли Павел Травкин? Выпуск первый: Епископ Феодор и проблема «двоеверия». – Иваново-Вознесенск/Плёс, 2015, с.с. 43 - 47
[34] Татищев В.Н. Ук.соч., с.с.87
[35] Там же
[36] Там же, с.88
[37] Там же
[38] Там же
[39] Там же
[40] ПСРЛ, т. IX, с. 222
[41] Громов М.Н., Мильков В.В. Идейные течения древнерусской мысли…, с. 286
[42] ПСРЛ, т. I, с. 151
[43] ПСРЛ, Т.IX, с. 239
[44] Там же
[45] Там же
[46] Там же
[47] Летописец о ростовских архиереях, с.3
[48] Татищев В.Н. Ук.соч., с.91
[49] ПСРЛ, т. IX, с. 222
[50] ПСРЛ, т. IX, с.228
[51] Татищев В.Н. Ук.соч., с. 91
[52] ПСРЛ, Т. I, с.152; ПСРЛ, т.II (1908 г.), с.с. 378- 379; ПСРЛ, т. IX, с. с. 239 – 240; [52] Пискаревский летописец , с.77; Летописец о ростовских архиереях, с.с. 3 – 4; Татищев В.Н. Ук.соч., с. 91
[53] ПСРЛ, т. IX, с. с. 239
[54] Летописец о ростовских архиереях, с.3
[55] ПСРЛ, т. IX, с. 239
[56] ПСРЛ, Т. I, с.с. 151 - 152
[57] ПСРЛ, т.II (1908 г.), с. с. 378 - 379
[58] Пискаревский летописец, с.с. 77-78
[59] Татищев В.Н. Ук.соч., с. 91
[60] Еремин И.П.Притча о слепце и хромце в древнерусской письменности//Известия ОРЯС АН СССР, т. XXX – М., 1925, с. 351; Еремин И.П. Литературное наследие Кирилла Туровского//Труды Отдела древнерусской литературы. Том 11. – М. – Л., 1955, с.с. 342 - 343
[61] Сон Джонг Со. Житие Кирилла Туровского в составе Пролога// Труды Отдела древнерусской литературы. Т. 55 - СПб., 2004, с.231
[62] Библиотека литературы Древней Руси / РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. Т. 4: XII век.– СПб., 1997, с.293
[63] Виталий (Уткин), игум. Прав ли Павел Травкин? Выпуск первый: Епископ Феодор и проблема «двоеверия». – Иваново-Вознесенск/Плёс, 2015; Виталий (Уткин), игум. Прав ли Павел Травкин? Выпуск второй: Найдено ли в Плёсе святилище Велеса? – Иваново-Вознесенск/Плёс, 2015